Когда бренд выстраивает коммуникацию со своей целевой аудиторией, одним из ключевых этапов становится её сегментация. Можно сказать, что сегментация стоит во главе угла. Аудитория — это не однородная масса. Это люди, имеющие разный доход, интересы, образ жизни, ценности, привычки, а значит, и мотивация к покупке у них будет разнится. Поэтому эффективность коммуникации во многом зависит от того, насколько точно она учитывает особенности и интересы каждой из этих групп. И это очень очень важно.
Мы прекрасно используем этот принцип в повседневной жизни, иногда даже не осознавая этого. Обращаясь к подруге, мы можем сказать: «Пойдём на выставку современного искусства, там сейчас интересная экспозиция, а после заглянем в то новое кафе, о котором я тебе рассказывала». Подростку предложим: «Там будет крутая музыка, тусуется много интересных ребят и можно сделать классные фотки». Руководителю скажем: «Есть предложение, которое позволит оптимизировать процесс, сократить временные затраты и получить более эффективный результат». А бабушке скажем: «Там всё удобно организовано, недалеко идти, будет интересно и можно спокойно посидеть, отдохнуть». Обратите внимание, что суть предложения остаётся примерно одинаковой, но аргументы, которыми мы сопровождаем его - совершенно разные. Мы интуитивно выбираем те слова, смыслы и акценты, которые с наибольшей вероятностью найдут отклик у конкретного собеседника.
Маркетинг — это интеллектуальная дисциплина. Профессионал глубоко исследует человеческое поведение, пытается понять культурный уровень, изучает психологию, экономику. А всё для чего? Чтобы точно выстроить коммуникации.
Но почему тогда результатом порой становится реклама, в которой не видно даже попытки воспользоваться этим инструментарием? Почему она вызывает отторжение, даже если ты заведомо не являешься её целевой аудиторией? И почему становится обидно за тех, кому она адресована? За потребителей, которых, похоже, считают гораздо менее интеллектуально развитыми, чем они есть на самом деле, и потому не считают нужным особенно заботиться о качестве коммуникации.
Судить о причинах со стороны непросто: для этого нужно услышать самих авторов такой рекламы. Чем они руководствовались? Каким увидели своего потребителя? И главное — почему решили, что с ним можно разговаривать именно на таком уровне?
В маркетинге для этого существует специальный инструмент — глубинное интервью, призванное добраться до истинных мотивов, установок и причин поведения человека. Но возникает вопрос: способны ли сами креаторы подобной рекламы выступить в роли респондентов глубинного интервью? Готовы ли они к честному разговору с исследователем — и, что ещё важнее, с самими собой? Способны ли признать, что за их творческими решениями могли стоять не стратегия и глубокое понимание аудитории, а банальная интеллектуальная лень, профессиональная инерция или убеждение, что «пипл и так схавает»?
А может создатели такой рекламы искренне считают, что их аудитория именно такая: недалёкая, легковерная, реагирующая на самые примитивные крючки (громкий голос, повторы, «супер-выгода!!!», сексуальные клише, тупые шутки и т.д.)? Или же такие креаторы не хотят профессионально напрягаться и им удобнее использовать устаревшие представления и шаблоны о «простом человеке», ведь раньше так работало? Или, возможно, дело в самой структуре компании: настолько забюрократизированной, что маркетологи вынуждены опираться на старые исследования и фокус-группы, построенные на упрощённых моделях аудитории, а проведение новых требует слишком долгих согласований? Или это просто страх, что «если сделать умнее — не поймут».
Так или иначе, в результате реклама начинает не просто продавать продукт, а ещё и конструировать образ своего покупателя, как человека, которому «такое зайдёт». И грустно, что этот образ часто получается довольно жалким.
Мужчина, которого легко увлечь обещанием быстрого успеха, громким звуком и демонстрацией статуса. Женщина, чьи интересы будто бы исчерпываются стремлением понравиться мужчине, выглядеть моложе и купить очередную вещь со скидкой. Подросток, которому достаточно яркой картинки, модного словечка и ощущения, что он «как все». Семья, которой можно продать что угодно, если показать улыбающихся родителей, довольных детей и пообещать немного больше домашнего уюта.
Почему становится обидно? Потому что за этими рекламными образами будто исчезают сами люди — со своей индивидуальностью, интересами, мыслями и внутренним миром. Даже если человек ведёт самую простую жизнь, это вовсе не означает, что он сам прост или неинтересен. Напротив, за привычным укладом, скромными запросами и незатейливыми повседневными радостями нередко скрываются удивительно глубокие и многогранные личности. Но в представлении создателей такой рекламы они словно сводятся к набору предсказуемых реакций и примитивных желаний. И, пожалуй, именно это особенно неприятно: реклама не просто предлагает продукт, а как будто заранее определяет за человека, кто он, чего хочет и какого разговора с ним вполне достаточно.
Это не просто плохая реклама. Плохая реклама может быть неудачной по множеству причин: слабая идея, плохой сценарий, некачественная съёмка, неубедительный оффер, неудачный медиаканал. Но здесь другое. Ты смотришь на рекламу и испытываешь ощущение, что её авторы имеют какое-то уничижительное представление о людях, которым адресуют сообщение.
Как будто они предполагают, что их аудитория:
- не способна к более сложному восприятию;
- легко поддаётся примитивным эмоциональным стимулам;
- не нуждается в интеллектуальной или эстетической составляющей;
- не замечает искусственности, фальши и манипулятивности;
- готова принимать за убедительную коммуникацию довольно незамысловатые приёмы.
Но важно уточнить: речь вовсе не о том, что любая реклама должна быть интеллектуально сложной, изысканной или рассчитанной на подготовленного зрителя. Можно создать лаконичную, смешную, визуально выразительную рекламу, понятную практически каждому, и при этом не сказать аудитории ничего снисходительного. Простота не означает примитивности, так же как сложность и дорогая визуальная упаковка сами по себе ещё не гарантируют уважения к зрителю. Можно сделать внешне безупречную, дорогостоящую, эстетически изысканную рекламу — и всё равно продемонстрировать в ней то же пренебрежение к аудитории, только в более респектабельной упаковке. Поэтому я бы не сводила это явление к качеству креатива или его эстетике. Вопрос глубже: не столько в том,
как сделана реклама, сколько в том,
какого мнения её создатели о людях, к которым обращаются.Какое объяснение я нахожу этому явлению? На мой взгляд, речь идёт о профессиональной безответственности и ремесленной недобросовестности.
Разумеется, не каждый рекламный проект обязан становиться шедевром креативной индустрии. Не всегда получается придумать гениальную идею — и само по себе это не преступление. Но есть разница между тем, чтобы не создать шедевр, и тем, чтобы даже не попытаться сделать работу хорошо.
Добросовестная работа предполагает, что ты думаешь, ищешь, исследуешь, перебираешь решения, отсекаешь банальное, редактируешь, проверяешь, насколько убедительно работает коммуникация. Это и есть уважение к собственному ремеслу. Не «сляпал, сдал, получил деньги», а ответственность за качество того, что ты выпускаешь в мир.
Конечно, существуют объективные ограничения: бюджет, сроки, требования заказчика, результаты исследований, бесконечные согласования. И далеко не всякая слабая реклама — следствие интеллектуальной лени её создателей. Но когда специалист даже не пытается выйти за пределы первого пришедшего в голову шаблона, это уже не вопрос обстоятельств. Это вопрос профессиональной позиции. На мой, конечно, взгляд.
Впрочем, возможно, здесь я отчасти сужу по себе. Когда берёшься за какое-то дело, ты погружатешься в него целиком. Если задача для меня важна, я с трудом представляю, как можно позволить себе относиться к ней спустя рукава, переключаться на постороннее и довольствоваться первым попавшимся решением. Наверное, поэтому мне особенно трудно принять мысль, что кто-то может так формально относиться к работе, за которую взялся, и особенно к людям, для которых её делает.
Ведь потребители, которых бренды порой представляют себе такими простыми и предсказуемыми, — это те же врачи, учителя, инженеры, полицейские и представители множества других профессий. Люди, которые ежедневно решают сложные задачи, принимают ответственные решения, сталкиваются с самыми разными жизненными обстоятельствами. Если бы врач подходил к каждому пациенту с одним и тем же набором назначений, не пытаясь разобраться в особенностях его состояния? Если бы учитель видел в каждом ученике лишь очередного ребёнка, которому достаточно дать типовое задание? Если бы инженер проектировал конструкцию, не задумываясь о том, кто и как будет ею пользоваться? За подобным подходом нередко стоит вполне понятное желание упростить себе работу — пусть даже в ущерб её качеству. В маркетинге действует тот же принцип: за каждым потребительским сегментом стоят реальные люди со своими интересами, мотивами и жизненными обстоятельствами. Поэтому так важно не подменять понимание аудитории упрощённым набором характеристик, а стараться увидеть её во всей сложности и многообразии.