Продолжаем разбирать, как меняется фотография под влиянием множества факторов: новых технологий, новых медиа и, в конечном счёте, нового зрительского опыта. Мы уже говорили о том, как меняются способы создания и использования изображений, а теперь добрались до ещё одного интересного сдвига — отдельного кадра становится недостаточно.
Звучит немного провокационно. В конце концов, один сильный снимок по-прежнему способен сказать больше, чем десяток посредственных, и вряд ли фотография когда-нибудь откажется от этой своей суперсилы.
Но всё чаще работает другая логика: «Сторителлинг вместо одного кадра». Можно подумать, что это - очередная модная формулировка из презентации про тренды. Мол, раньше фотографу было достаточно найти один сильный кадр, а теперь нужно собрать целую историю из нескольких. Но тут есть важный нюанс - это не просто про то, что мы отказываемся от одного лучшего кадра, а выбираем несколько. Это не просто несколько отобранных и поставленных рядом. Между ними возникают связи, ритм, контраст, продолжение: один кадр что-то начинает, другой подхватывает, третий меняет наше восприятие первых двух. И в какой-то момент мы понимаем, что смотрим уже не на хаотичный набор фотографий, а на историю. Отдельная фотография всё чаще перестаёт быть законченной историей сама по себе. Теперь один кадр может быть частью высказывания — фрагментом, который обретает настоящий смысл рядом с другими.
Важно: это изменение гораздо интереснее, чем просто мода на серии, диптихи или красивые карусели в соцсетях.
Происходит переход от фотографии как законченного объекта к фотографии как элементу визуального повествования. И вот здесь становится по-настоящему интересно: фотограф теперь работает не только с тем, что происходит внутри кадра, но и с тем, что происходит между кадрами. По сути, мы наблюдаем переход от фотографии как законченного объекта к фотографии как элементу визуального повествования. Потому что вместе с этим меняется сам способ смотреть на фотографию: фотографу уже недостаточно сделать хороший кадр. Ему приходится думать о том, что было до него, что будет после и какую историю зритель соберёт из всех этих изображений вместе.
Ещё раз повторюсь: я бы не формулировала тенденцию как: раньше — один кадр, теперь — серия.Это было бы слишком просто. Изменилось другое: один кадр перестал быть единственной единицей визуального повествования. Раньше фотография сама по себе чаще рассматривалась как законченная единица:
снял → отобрал лучший кадр → показал → история закончена.
Теперь всё чаще работает другая логика:
снял → отобрал несколько кадров → выстроил между ними отношения → зритель считывает историю из последовательности.
То есть инновация находится не столько в количестве фотографий, сколько в появлении монтажа как части фотографического авторства.
Звучит немного провокационно. В конце концов, один сильный снимок по-прежнему способен сказать больше, чем десяток посредственных, и вряд ли фотография когда-нибудь откажется от этой своей суперсилы.
Но всё чаще работает другая логика: «Сторителлинг вместо одного кадра». Можно подумать, что это - очередная модная формулировка из презентации про тренды. Мол, раньше фотографу было достаточно найти один сильный кадр, а теперь нужно собрать целую историю из нескольких. Но тут есть важный нюанс - это не просто про то, что мы отказываемся от одного лучшего кадра, а выбираем несколько. Это не просто несколько отобранных и поставленных рядом. Между ними возникают связи, ритм, контраст, продолжение: один кадр что-то начинает, другой подхватывает, третий меняет наше восприятие первых двух. И в какой-то момент мы понимаем, что смотрим уже не на хаотичный набор фотографий, а на историю. Отдельная фотография всё чаще перестаёт быть законченной историей сама по себе. Теперь один кадр может быть частью высказывания — фрагментом, который обретает настоящий смысл рядом с другими.
Важно: это изменение гораздо интереснее, чем просто мода на серии, диптихи или красивые карусели в соцсетях.
Происходит переход от фотографии как законченного объекта к фотографии как элементу визуального повествования. И вот здесь становится по-настоящему интересно: фотограф теперь работает не только с тем, что происходит внутри кадра, но и с тем, что происходит между кадрами. По сути, мы наблюдаем переход от фотографии как законченного объекта к фотографии как элементу визуального повествования. Потому что вместе с этим меняется сам способ смотреть на фотографию: фотографу уже недостаточно сделать хороший кадр. Ему приходится думать о том, что было до него, что будет после и какую историю зритель соберёт из всех этих изображений вместе.
Ещё раз повторюсь: я бы не формулировала тенденцию как: раньше — один кадр, теперь — серия.Это было бы слишком просто. Изменилось другое: один кадр перестал быть единственной единицей визуального повествования. Раньше фотография сама по себе чаще рассматривалась как законченная единица:
снял → отобрал лучший кадр → показал → история закончена.
Теперь всё чаще работает другая логика:
снял → отобрал несколько кадров → выстроил между ними отношения → зритель считывает историю из последовательности.
То есть инновация находится не столько в количестве фотографий, сколько в появлении монтажа как части фотографического авторства.
Фотография неожиданно сближается с кино. Представим ресторан. Один прекрасный снимок: интерьер ресторана, красиво сервированный стол, человек за столом. Он сообщает: «Это красивый ресторан».
А серия:
Это принципиальная разница. Первый вариант показывает объект, второй — опыт. А современный маркетинг всё больше продаёт именно опыт: «Продавайте не товар, а опыт».
Например:
Товар: отель; опыт: утро в этом отеле, завтрак, вид из окна, прогулка по городу, возвращение вечером.
Товар: платье; опыт: женщина, которая в нём движется, входит в пространство, общается, чувствует себя определённым образом.
Товар: автомобиль; опыт: поездка, свобода, дорога, пейзаж, остановка в красивом месте.
То есть маркетинг перестаёт говорить: «Вот что мы производим», и начинает говорить: «Вот какую жизнь/сценарий/ощущение мы вам предлагаем».
Фотосторителлинг — это визуальный инструмент реализации этого принципа. Один кадр очень хорошо показывает товар, а серия гораздо лучше показывает опыт. Опыт по определению развивается во времени.
Почему это работает? Всё предельно просто: человек начинает достраивать себя внутри этой истории.
Фотография становится уже не демонстрацией продукта, а машиной проекции: зритель смотрит не столько на героя, сколько думает: «Я хочу оказаться в этом мире». Ну или не хочу, да?
А серия:
- фасад вечером;
- рука открывает дверь;
- общий план интерьера;
- официант ставит блюдо;
- деталь блюда;
- человек пробует его;
- разговор за столом;
- вечерний интерьер после ухода посетителей.
Это принципиальная разница. Первый вариант показывает объект, второй — опыт. А современный маркетинг всё больше продаёт именно опыт: «Продавайте не товар, а опыт».
Например:
Товар: отель; опыт: утро в этом отеле, завтрак, вид из окна, прогулка по городу, возвращение вечером.
Товар: платье; опыт: женщина, которая в нём движется, входит в пространство, общается, чувствует себя определённым образом.
Товар: автомобиль; опыт: поездка, свобода, дорога, пейзаж, остановка в красивом месте.
То есть маркетинг перестаёт говорить: «Вот что мы производим», и начинает говорить: «Вот какую жизнь/сценарий/ощущение мы вам предлагаем».
Фотосторителлинг — это визуальный инструмент реализации этого принципа. Один кадр очень хорошо показывает товар, а серия гораздо лучше показывает опыт. Опыт по определению развивается во времени.
Почему это работает? Всё предельно просто: человек начинает достраивать себя внутри этой истории.
Фотография становится уже не демонстрацией продукта, а машиной проекции: зритель смотрит не столько на героя, сколько думает: «Я хочу оказаться в этом мире». Ну или не хочу, да?
Если вспомнить, мы вообще постоянно так делаем в жизни. Например, человек может быть обаятелен и очень мил с нами, но если мы видим, как он разговаривает с официантом — раздражённо и свысока, — невольно думаем: «А что будет, если однажды официантом окажусь я?» Человек может быть внимательным партнёром, но если при нас он грубо разговаривает с родителями, друзьями или подчинёнными, эта грубость тоже начинает иметь к нам непосредственное отношение. Даже если пока он обращается с нами исключительно хорошо.
Мы считываем не только то, как человек ведёт себя с нами, но и то, каким он вообще оказывается в мире. Мысленно примеряем на себя разные роли, которые видим в этой истории.
С фотографией происходит примерно то же самое. Мы перестаём рассматривать чужую историю со стороны, а начинаем примерять её на себя: «А если бы это была я? А я бы здесь так себя чувствовала? Мне бы здесь понравилось? Я хочу такого опыта — или, наоборот, ни за что?» Именно поэтому серия способна продавать то, чего не может продать отдельный кадр: не сам объект, а возможность представить себя внутри его мира.
Мы считываем не только то, как человек ведёт себя с нами, но и то, каким он вообще оказывается в мире. Мысленно примеряем на себя разные роли, которые видим в этой истории.
С фотографией происходит примерно то же самое. Мы перестаём рассматривать чужую историю со стороны, а начинаем примерять её на себя: «А если бы это была я? А я бы здесь так себя чувствовала? Мне бы здесь понравилось? Я хочу такого опыта — или, наоборот, ни за что?» Именно поэтому серия способна продавать то, чего не может продать отдельный кадр: не сам объект, а возможность представить себя внутри его мира.
Фотография всё меньше просто показывает, и всё больше помогает человеку представить себя внутри предлагаемого мира.
- Например, человек пришёл в музей, представим один прекрасный кадр: красивый интерьер музейного зала, крупный экспонат в центре, человек стоит перед ним и рассматривает. Мы видим архитектуру, экспонат, посетителя. Один прекрасный кадр как-бы сообщает: «Это красивый и интересный музей». Но есть одно важное НО: мы почти ничего не знаем о том, каково это — быть посетителем этого музея.
А теперь представим серию прекрасных кадров.
- Фасад музея — человек подходит к зданию.
- Рука открывает дверь — начинается посещение.
- Первый взгляд на пространство — человек входит в большой зал.
- Общий план экспозиции — масштаб, архитектура, множество объектов.
- Человек останавливается перед экспонатом — возникает личное взаимодействие.
- Крупная деталь экспоната — зритель видит то, что рассматривает посетитель.
- Лицо/жест посетителя — реакция, удивление, интерес, размышление.
- Другой зал — ощущение продолжения маршрута.
- Посетитель сидит или стоит перед произведением — появляется время для созерцания.
- Выход из музея — человек покидает пространство.
И это принципиально другой продукт: музей здесь продаёт уже не просто: экспонаты + здание.
Он продаёт: путешествие через пространство, встречу с искусством, эмоцию, открытие, интеллектуальное впечатление. И фотография должна показать именно этот путь.
Кстати, здесь появляется особенно интересная деталь. Можно вообще серию построить вокруг изменения состояния человека: пришёл → заинтересовался → остановился → погрузился → что-то открыл для себя → вышел. То есть музейная фотография становится почти маленьким нарративом внутреннего путешествия.
И тогда потенциальный посетитель думает не: «Какой у них красивый зал», а: «Я хочу там оказаться».
2. Например, человек выбирает учебное заведение, представим один прекрасный кадр: современное здание университета, красивый кампус, студенты идут по коридору. Один прекрасный кадр как-бы сообщает:
«Это современное учебное заведение». Но есть одно важное НО: мы почти ничего не вопрос будущего студента:
«Что со мной здесь произойдёт?»
А теперь представим серию прекрасных кадров.
Такая серия уже говорит совсем другое: «Вот как здесь будет происходить моё обучение. Я хочу там оказаться».
«Это современное учебное заведение». Но есть одно важное НО: мы почти ничего не вопрос будущего студента:
«Что со мной здесь произойдёт?»
А теперь представим серию прекрасных кадров.
- Человек подходит к зданию — начало выбора, первое знакомство.
- Вход / холл / кампус — ощущение среды.
- Студенты в аудитории — образовательный процесс.
- Преподаватель ведёт занятие — появляется ключевой человек.
- Преподаватель взаимодействует со студентом — не просто лекция, а обратная связь.
- Студент работает над заданием — применение знаний.
- Небольшая группа обсуждает задачу — совместная работа.
- Преподаватель разбирает ошибку или консультирует студента — появляется наставничество.
- Практическая работа / проект / лаборатория — знания превращаются в действие.
- Студент выходит из аудитории или идёт по кампусу — ощущение движения вперёд.
Такая серия уже говорит совсем другое: «Вот как здесь будет происходить моё обучение. Я хочу там оказаться».
3. Ещё пример. Человек выбирает стриминговый сервис. Обращу внимание, что сам сервис практически невозможно сфотографировать. Представим один прекрасный кадр: телевизор с красивым интерфейсом стримингового сервиса, на экране — популярный фильм, рядом диван и миска с попкорном или любым другим любимым лакомством. Один прекрасный кадр как-бы сообщает: «У нас есть фильмы и сериалы, которые можно смотреть дома». Спасибо конечно, но это уже знают все.
А теперь представим серию прекрасных кадров.
Теперь серия говорит уже совершенно другое: «Вот что происходит с вашим вечером, когда у вас есть этот сервис», и это намного сильнее, чем: «У нас 100 500 фильмов». Потому что количество контента — это характеристика товара, а хороший фотосторителлинг показывает: что этот товар делает с твоей жизнью.
А теперь представим серию прекрасных кадров.
- Человек заканчивает рабочий день — закрывает ноутбук.
- Приходит домой — переключается из рабочего состояния в личное.
- Открывает приложение на телевизоре — сервис появляется в его пространстве.
- Листает каталог — огромный выбор.
- Останавливается на фильме — сервис помогает сделать выбор.
- Крупный план экрана / начало фильма — просмотр начинается.
- Человек смеётся / переживает / внимательно смотрит — возникает эмоциональная реакция.
- Телефон показывает время, поздний вечер — человек настолько погружён, что не заметил времени.
- На экране появляются титры — история закончилась.
- Человек остаётся на диване и выбирает следующий фильм/серию — опыт продолжается.
Теперь серия говорит уже совершенно другое: «Вот что происходит с вашим вечером, когда у вас есть этот сервис», и это намного сильнее, чем: «У нас 100 500 фильмов». Потому что количество контента — это характеристика товара, а хороший фотосторителлинг показывает: что этот товар делает с твоей жизнью.
А помните, ведь ещё недавно фотограф снимал большой каталог и это был эффективный маркетинговый инструмент. А сейчас: «Вот какой опыт мы можем тебе подарить». Это совсем другое по ощущениям, да?
Фотография продукта показывает, что у компании есть, фотография опыта показывает, что получает человек.
Не «что мы предлагаем» → а «каким станет ваш опыт благодаря нам». Что человек почувствует, увидит или переживёт, взаимодействуя с этим. И это очень важный сдвиг.
Фотосторителлинг — это ещё и переход от фотографии объекта к фотографии опыта. Это работает во множестве жанров: мода, путешествия и туризм, гостиничный и ресторанный бизнес, еда и гастрономия, премиальные и люксовые бренды, образ жизни, дизайн интерьеров, автомобильная индустрия, туристическая индустрия, культурные проекты. Это очень классная идея показать людям: «Вот мир, который возникает вокруг продукта».
Потому что большинство этих продуктов сегодня невозможно полноценно продать фотографией одного предмета. Можно показать платье, но гораздо сильнее показать: женщину в этом платье → пространство → движение → свет → взаимодействие с окружающими → деталь ткани → момент. Платье перестаёт быть вещью, оно становится частью образа жизни.
И вот что подумалось мне, в классической фотографии можно было спросить: «Какой из этих десяти кадров лучший?», и это вполне правомерный вопрос, не так ли?
Сейчас наверно более актуален другой вопрос: «Какой из этих кадров лучше работает внутри серии?»
И иногда фотография №7 может быть совершенно посредственной сама по себе, но без неё серия разваливается.
Потому что она: даёт паузу, изменяет ритм, связывает две сцены, показывает деталь, объясняет предыдущий кадр, создать эмоциональный контраст. Подход к ценности фотографии меняется.
Потому что большинство этих продуктов сегодня невозможно полноценно продать фотографией одного предмета. Можно показать платье, но гораздо сильнее показать: женщину в этом платье → пространство → движение → свет → взаимодействие с окружающими → деталь ткани → момент. Платье перестаёт быть вещью, оно становится частью образа жизни.
И вот что подумалось мне, в классической фотографии можно было спросить: «Какой из этих десяти кадров лучший?», и это вполне правомерный вопрос, не так ли?
Сейчас наверно более актуален другой вопрос: «Какой из этих кадров лучше работает внутри серии?»
И иногда фотография №7 может быть совершенно посредственной сама по себе, но без неё серия разваливается.
Потому что она: даёт паузу, изменяет ритм, связывает две сцены, показывает деталь, объясняет предыдущий кадр, создать эмоциональный контраст. Подход к ценности фотографии меняется.
Фотограф начинает работать не только с изображением, но и с монтажом, и вот здесь, на мой взгляд, находится самое интересное. Когда фотограф показывает один снимок, его главная задача — сделать так, чтобы внутри кадра уже было всё необходимое: композиция, свет, момент, жест, цвет, эмоциональная кульминация — всё должно работать одновременно. А в серии появляется дополнительный уровень: отношение кадра A к кадру B.
Это уже практически кинематографическая логика: каждый отдельный снимок может быть относительно простым, но вместе они создают то, чего нет ни в одном отдельном кадре.
Фотограф начинает мыслить: последовательностью, ритмом, паузой, повтором, контрастом, визуальным мотивом, сменой масштаба, переходом от общего к частному, эмоциональной кульминацией. То есть в фотографию приходит монтажное мышление.
Фотограф должен решить: какие кадры нужны, какие не нужны, в какой последовательности их показывать, какой кадр открывает серию, какой закрывает, где должна быть кульминация, где нужна пауза, какой формат у серии, как изображения взаимодействуют друг с другом.
Это уже практически кинематографическая логика: каждый отдельный снимок может быть относительно простым, но вместе они создают то, чего нет ни в одном отдельном кадре.
Фотограф начинает мыслить: последовательностью, ритмом, паузой, повтором, контрастом, визуальным мотивом, сменой масштаба, переходом от общего к частному, эмоциональной кульминацией. То есть в фотографию приходит монтажное мышление.
Фотограф должен решить: какие кадры нужны, какие не нужны, в какой последовательности их показывать, какой кадр открывает серию, какой закрывает, где должна быть кульминация, где нужна пауза, какой формат у серии, как изображения взаимодействуют друг с другом.
То есть фотограф становится немного: фотографом + редактором + режиссёром + визуальным редактором, и это особенно заметно благодаря digital-среде. Потому что раньше существовали очень жёсткие ограничения. Журнал: разворот. Газета: одна фотография. Выставка: определённое количество отпечатков. Книга: последовательность страниц.
Цифровая среда позволяет человеку увидеть: 5, 7, 10, 15 изображений практически мгновенно. Карусель — по сути микро-фотокнига, встроенная в интерфейс социальной сети, swipe становится аналогом перелистывания страницы. Зритель сам «монтирует фильм или книгу» в своей голове. Визуальное эссе не обязательно рассказывает историю в буквальном смысле. Оно может исследовать: состояние, место, социальное явление, человека, тему, визуальный мотив, эмоциональное состояние.
Например, фотограф может сделать серию: «Город после дождя». И там не будет никакого сюжета в привычном смысле. Но будет: повторяющийся цвет, мокрые поверхности, отражения, люди, пустые улицы, свет, архитектура. И постепенно возникает единое высказывание, а это уже ближе к литературному эссе, чем к репортажу.
Цифровая среда позволяет человеку увидеть: 5, 7, 10, 15 изображений практически мгновенно. Карусель — по сути микро-фотокнига, встроенная в интерфейс социальной сети, swipe становится аналогом перелистывания страницы. Зритель сам «монтирует фильм или книгу» в своей голове. Визуальное эссе не обязательно рассказывает историю в буквальном смысле. Оно может исследовать: состояние, место, социальное явление, человека, тему, визуальный мотив, эмоциональное состояние.
Например, фотограф может сделать серию: «Город после дождя». И там не будет никакого сюжета в привычном смысле. Но будет: повторяющийся цвет, мокрые поверхности, отражения, люди, пустые улицы, свет, архитектура. И постепенно возникает единое высказывание, а это уже ближе к литературному эссе, чем к репортажу.
Editorial-съёмка практически идеально соответствует этой новой логике, потому что она редко говорит: «Вот один красивый предмет». Она создаёт мир, и в этом мире могут быть: герой, одежда, интерьер, предметы, архитектура, детали, жесты, свет, атмосфера. То есть фотография превращается в режиссуру визуальной реальности.
Но есть и обратная сторона, требующая предохранителя. Фотосторителлинг легко превращается в: «Давайте просто покажем побольше фотографий». Если серия состоит из десяти одинаково красивых кадров: тот же человек, тот же свет, тот же ракурс, та же эмоция, просто разные положения головы, это не повествование, это избыточность. Если из серии можно удалить половину кадров, и ничего не изменится — это, скорее всего, не история, а коллекция. Это своего рода визуальная драматургия — проектирование отношений между изображениями. Единицей авторства становится уже не обязательно фотография, ею может становиться последовательность фотографий. Меняется не только технология создания изображения — меняется сама единица фотографического продукта. Сначала продуктом был кадр, затем— съёмка, теперь всё чаще продуктом становится визуальное высказывание.
Но есть и обратная сторона, требующая предохранителя. Фотосторителлинг легко превращается в: «Давайте просто покажем побольше фотографий». Если серия состоит из десяти одинаково красивых кадров: тот же человек, тот же свет, тот же ракурс, та же эмоция, просто разные положения головы, это не повествование, это избыточность. Если из серии можно удалить половину кадров, и ничего не изменится — это, скорее всего, не история, а коллекция. Это своего рода визуальная драматургия — проектирование отношений между изображениями. Единицей авторства становится уже не обязательно фотография, ею может становиться последовательность фотографий. Меняется не только технология создания изображения — меняется сама единица фотографического продукта. Сначала продуктом был кадр, затем— съёмка, теперь всё чаще продуктом становится визуальное высказывание.
И, пожалуй, вот здесь становится понятно, почему фотосторителлинг — это не просто очередная мода на серии и красивые карусели. Меняется сама роль фотографии. Раньше от неё в первую очередь ждали, чтобы она что-то показала: человека, вещь, место, событие. Теперь всё чаще от неё ждут другого — чтобы она помогла нам что-то представить. Каково это — оказаться в этом отеле? Учиться в этом университете? Провести вечер с этим сервисом? Прийти в этот музей? Жить этой жизнью?
И, кажется, это довольно логичный поворот. Мы ведь редко покупаем вещи только ради самих вещей. Нам важнее то, что должно произойти с нами после покупки. Как мы будем себя чувствовать, что изменится в нашей жизни, каким человеком мы себя там увидим.
Поэтому один красивый кадр всё ещё может быть прекрасным. Но иногда ему просто нечего сказать дальше. А серия может сделать гораздо больше: она даёт человеку возможность войти в историю, оглядеться и на секунду представить, что всё это происходит уже с ним.
И вот тогда фотография перестаёт быть просто изображением. Она становится приглашением.
Не «посмотри, что у нас есть», а: «представь, что это происходит с тобой». Хотя бы на минуточку.
Пожалуй, именно в этом и заключается одна из самых интересных перемен в современной фотографии: она всё меньше просто показывает мир и всё больше помогает нам примерить этот мир на себя.
И, кажется, это довольно логичный поворот. Мы ведь редко покупаем вещи только ради самих вещей. Нам важнее то, что должно произойти с нами после покупки. Как мы будем себя чувствовать, что изменится в нашей жизни, каким человеком мы себя там увидим.
Поэтому один красивый кадр всё ещё может быть прекрасным. Но иногда ему просто нечего сказать дальше. А серия может сделать гораздо больше: она даёт человеку возможность войти в историю, оглядеться и на секунду представить, что всё это происходит уже с ним.
И вот тогда фотография перестаёт быть просто изображением. Она становится приглашением.
Не «посмотри, что у нас есть», а: «представь, что это происходит с тобой». Хотя бы на минуточку.
Пожалуй, именно в этом и заключается одна из самых интересных перемен в современной фотографии: она всё меньше просто показывает мир и всё больше помогает нам примерить этот мир на себя.
